Мужские правила

Обсуждение чисто мужских тем. Только для мужчин!

Модератор: Модераторы разделов

0
Голосов нет
 
Всего голосов: 0

Аватара пользователя
Delgado

За заслуги перед форумом Первая годовщина Форума Человек Форума - 2012
Сообщения: 5755
Зарегистрирован: 08 сен 2011, 07:01
Награды: 3
Ваше звание: морда буржуйская
Цвет Вашего звания: red
Откуда: Samara
Благодарил (а): 631 раз
Поблагодарили: 2672 раза

Re: Мужские правила

Сообщение Delgado »

Перебивать говорящую женщину рекомендуется только в крайнем случае и желательно словами: "Куплю", "Люблю", "Да, я дурак" или "Пожар!".
Изображение

Аватара пользователя
Delgado

За заслуги перед форумом Первая годовщина Форума Человек Форума - 2012
Сообщения: 5755
Зарегистрирован: 08 сен 2011, 07:01
Награды: 3
Ваше звание: морда буржуйская
Цвет Вашего звания: red
Откуда: Samara
Благодарил (а): 631 раз
Поблагодарили: 2672 раза

Re: Мужские правила

Сообщение Delgado »

Правила жизни Леонида Броневого
Надо очень мало есть. В дни спектаклей я вообще почти не ем. В человеке и без того много скрытой энергии. Плисецкая правильно сказала, когда ее спросили, как она так умудряется выглядеть, грубо сказала, но правильно: «Жрать надо меньше».

Не люблю людей милых — я им не верю. Мне гораздо приятнее человек мрачный, пусть он даже мне что-то грубо скажет. Людей, постоянно улыбающихся, хочется спросить: если тебя разозлить — какой ты будешь? Боюсь, хуже, чем грубый.

Есть вещи труднообъяснимые. Сидит в зале тысяча человек, и среди них обязательно какое-то количество людей настроено негативно. Зачем они приходят? Не знаю. Но ты очень хорошо чувствуешь этот настрой, пусть он исходит и от одного человека. Ставить заслонку нельзя — тогда твоя энергия перестанет идти в зал. Спектакль — это каждый раз такой небольшой бой.

Когда я вижу, что у человека, с которым я должен заключить контракт, на руке часы за двести тысяч — чувствую, что не знаю, как будет заключен контракт. Как с ним вести переговоры, если у тебя, скажем, за тысячу? Для того чтобы договориться, нужно друг другу соответствовать.

Слово «друг» — слишком большое слово. Друг — это тот, кому ты должен всего себя отдать.


Из тысячи сыгранных спектаклей, может быть, два или три приближаются к чему-то такому… И ты доволен. А остальные не приносят радости. Почему — непонятно. За всю историю театра никто так и не объяснил, в чем причина провала второго спектакля. А в 99 процентах случаев — это так. Ни один социолог, никто. В зрителях? В партнере? В погоде? Собирается зал, слушаешь, как они там шумят, — ты уже просто по этому шуму знаешь, что сегодня будет плохой спектакль, точно.

Только в жизни есть и более сильные ощущения. Ничто — ни радость литераторов, ни искусство артистов — не сравнится по силе с ощущением власти.

Когда Брежневу, уже больному, показали «Семнадцать мгновений», он, прослезившись, стал тут же звонить Градовой (радистка Кэт в фильме. — Esquire). Говорит: «Здравствуйте, это Брежнев». Она думает: «Что за идиотские шутки». И повесила трубку. Он снова звонит: «Здравствуйте, это Брежнев. А где Слава?» Какой, говорит, еще Слава? Брежнев: «Ну, Тихонов». Он решил, что и в жизни у них, как в кино. Спрашивает потом: «Есть у вас какие-то просьбы?» Нет, говорит, мне ничего не нужно. Градова страшно растерялась.

Я редко встречал людей, которые выпьют крепко — и вдруг он становится еще добрее, чем был. Двух или трех человек — за всю жизнь.

Когда в проектном институте, где работала моя жена, нужно было решить какой-то вопрос по совести — звали ее. Такой она человек.

Есть моменты, когда ты обязательно должен уйти в тень — на сцене, и, следовательно, в жизни. Это вопрос большой деликатности и большой культуры. Надо давать от себя отдохнуть. Прекрасное ощущение: находишься немножко в стороне, следишь за всем, произнесешь чудесную короткую фразу — как, скажем, в роли Дорна в «Чайке» — и опять в сторону.

У меня тяжелый характер. Я самоед, я не очень-то доверяю себе. И я все равно считаю, что профессия, одним из главных компонентов которой является желание нравиться, — профессия немужская. Актер — женская профессия.

Хороший костюм и обувь — это очень правильно. Это тебя мобилизует.

Кто хорошо считает — тот хорошо играет в домино, а тот, кто плохо, как я, — он может надеяться только на случай. Меня как-то театр Пушкина не взял на гастроли. Говорю: «Я играю на аккордеоне — возьмите, потому что у меня маленькая дочка и тетка-калека. Я поеду по селам с концертами — буду петь». Не взяли. Играл на Тверском бульваре в домино. Но там выиграешь хоть рубль — нельзя уходить, надо продолжать. Первый раз меня чуть не побили. Как это — ты уходишь? Но я им объяснил: мне надо продукты купить. Они поняли.

Художнику не нужна свобода. Художественное произведение рождается, когда есть сопротивление, когда надо на что-то жать, жать. Если есть свобода — нет материала. Нельзя же жать воздух.

Когда у тебя нет охранников, приходится обрастать коконом и быть грубым. Люди хотят с тобой сфотографироваться или говорят: «Можно с вами погулять?» Я говорю: «Простите, я хочу с женой пойти погулять». А можно с вами поговорить? Я говорю: «Мне не хочется разговаривать». Люди обижаются. Есть актеры и литераторы, которые это обожают. А мне не по душе… Я на актерский поступил только потому, что никуда больше не брали: я из семьи репрессированного. Я к тому, что, возможно, не по душе это тем, кто не сам выбрал себе занятие, кого выбрала профессия.

Лишь один футболист сейчас или два на поле работают не только ногами, но еще и головой. Такой был Стрельцов. Такой сейчас Титов.

Для роли Мюллера мне сшили мундир размера на два меньше, чем надо. Воротник врезался в шею, и я все время из-за этого дергал головой. Лиознова спрашивает: «Что это вы делаете?» Я не хотел, чтобы ругали портного, и отвечаю: «Это моя нервная привычка». Лиознова: «А не сделать ли это нам краской в самых нервных местах?» Захаров говорил потом актерам: «Видите, как можно без слов передать нервное состояние человека».

Профессия театрального актера — она ничего не оставляет после себя. Откуда я знаю, что там такого в «Ревизоре» делал Щепкин — из-за чего его ругал Гоголь? Почему Николай I так любил Каратыгина и не любил Мочалова? Я этого никогда уже не узнаю.
Изображение

Аватара пользователя
Delgado

За заслуги перед форумом Первая годовщина Форума Человек Форума - 2012
Сообщения: 5755
Зарегистрирован: 08 сен 2011, 07:01
Награды: 3
Ваше звание: морда буржуйская
Цвет Вашего звания: red
Откуда: Samara
Благодарил (а): 631 раз
Поблагодарили: 2672 раза

Re: Мужские правила

Сообщение Delgado »

Правила жизни Карлоса Сантаны
Cантана ты или Cмит, мексиканец или еврей, католик или буддист, Богу наплевать на это.

Мой отец был потрясающим человеком, но, как все мексиканцы, он был мачо, и ему пришлось проделать очень длинный путь, чтобы узнать, что такое интуиция, сострадание и нежность.

Музыка — это баланс мужского и женского начал. Женщина — это мелодия, мужчина — это ритм. Моя задача — отправить их в постель, где все, чем они станут заниматься, будет естественным и нормальным.

Когда несколько лет назад умер мой отец, я не включал никакой музыки четыре дня. Для меня это очень много.

Глядя на людей, ангелы плачут, потому что им недоступно то, что доступно нам: ощущение момента. Ангелы существуют в бесконечности и не знают, каково это — открыть утром свежую газету, а потом заметить типографскую краску на пальцах, или снять под столом ботинки и размять пальцы.

Человек, которому от рождения дана свободная воля, гораздо сильнее демонов или ангелов, потому что демоны способны лишь бунтовать, а ангелы способны лишь повиноваться.


Необязательно побеждать всех своих демонов. Главное — бороться с ними.

Твои морщины могут означать, что ты очень злой, очень капризный, очень старый или что ты просто много улыбаешься.

Быть счастливым — это не цель и не приобретенное благо. Это решение.

Большинство людей проводят жизнь в плену, потому что живут лишь будущим или прошлым. Они отрицают настоящее, хотя настоящее — это то, с чего все начинается.

Жизнь — это ожидание. Ты жив, пока ты чего-то ждешь.

Если бы у меня был собственный телевизионный канал, первое, что я показал бы — это рождение ребенка.

Микрофон, гитару, карандаш и все, что у меня есть, я использую для того, чтобы заставить людей поверить в то, что божественный свет есть даже в ДНК.

Духовность — это вода, в которой нет никаких примесей, а религии — это пепси-кола, кока-кола, вино или просто пиво.

Религия не поможет тебе в пустыне.

У меня постоянно возникают проблемы с прессой и телевидением. Особенно когда я говорю, что хочу жить без трех «п»: политиков, проституток и папы римского.

Пиво, грузовики и религия продаются сегодня в мире по одной и той же схеме.

Я не знаю, каково это — подставить другую щеку. Я не верю в насилие, но я верю в ответное действие.

Мир никогда не наступает от падающих бомб.

Иногда мне кажется, что для того, чтобы человечество почувствовало единство, нас должны захватить пришельцы.

Надеюсь, у нас больше не будет ни одного Буша.

Сэр Пол Маккартни, сэр Мик Джаггер и сэр Элтон Джон были возведены в рыцари королевой Елизаветой. А я был возведен в рыцари Майлзом Дэвисом, Бобом Диланом и Уэйном Шортером (знаменитый американский саксофонист. — Esquire). Так что о титулах, раздаваемых Елизаветой, я не беспокоюсь вовсе.

Хорошая музыка — как татуировка, нанесенная прямо на мозг. После того как ты услышал ее, тебе от нее уже не избавиться.

Совершенство достижимо. Посмотрите на Штеффи Граф. Турнир Большого шлема она выиграла 22 раза, а все остальные — не больше восьми.

Если ты можешь тронуть сердца в Африке или Японии, ты уже никогда не будешь в этих странах простым туристом.

Сердце можно понять только сердцем.

Музыка режет глубже, чем нож.
Изображение

Аватара пользователя
Delgado

За заслуги перед форумом Первая годовщина Форума Человек Форума - 2012
Сообщения: 5755
Зарегистрирован: 08 сен 2011, 07:01
Награды: 3
Ваше звание: морда буржуйская
Цвет Вашего звания: red
Откуда: Samara
Благодарил (а): 631 раз
Поблагодарили: 2672 раза

Re: Мужские правила

Сообщение Delgado »

Delgado писал(а):Дж. Кларксон. Правила жизни
Джереми Кларксон о России
В наше время на белом свете можно повстречать немало русских, причем дела у них идут крайне хорошо. У них всегда огромные часы, большие машины и джинсы с вышивкой. У многих есть еще и футбольные клубы.

Поэтому логично было бы — будь у вас авиалиния — попытаться впечатлить этих новоиспеченных богачей, выделив под московский рейс самый распоследний, новехонький и сверкающий лайнер. Как ни странно, Британские Авиалинии решили пойти от обратного.

По собственному опыту могу судить, что БА выводят свои лучшие самолеты на трансатлантические маршруты, а потом — когда болты и гайки начинают поскрипывать — судно увольняют со службы в аэропорту JFK и используют для доставки туристов на Карибские острова. Когда они становятся слишком дряхлыми даже для этого, то начинают летать в Уганду, после чего — так я думал — их пускают на металлолом или продают в Анголу. Но нет.

Похоже, их отдают пожарным, которые проводят на них тренировки по эвакуации пассажиров, а потом спецназу, бойцы которого бегают по обугленному каркасу и отстреливают воображаемых террористов. И лишь после этого воздушные судна отправляются на московский рейс.

Недавно я летел Британскими Авиалиниями в Россию, и чтобы вы представили, насколько старым был самолет, скажу лишь, что бортовая видеосистема проигрывала VHS-кассеты. Не улучшало качество и то, что экран был меньше 2 дюймов по диагонали. А висел он на перегородке в нескольких метрах от меня. К тому же, он был поломан. Как и сиденье в туалете.

Я собирался написать письмо президенту БА и объяснить ему, что он все на свете перепутал. Использовать лучшие судна для конкуренции с американскими авиалиниями — на которых нет ничего, кроме жирных хамоватых дамочек и дерьмовой кормежки — это как выводить первый состав Челси на игру против Донкастер Роверс.

Я собирался обратить его внимание — ведь понятно, что он этого просто не знает — на то, что Берлинской Стены уже нет, и что русские больше не выстаивают по шесть лет в очереди за свеклой, и что их не расстреливают, если они скажут после этого, что она слегка шероховата.

Я также собирался пригласить его взглянуть на ГУМ — универмаг на Красной площади. Были времена, когда люди ехали сюда за тысячи километров лишь потому, что пришел завоз карандашей. Теперь же на его фоне торговые центры Westfield в Лондоне смахивают на эфиопские лавчонки. Самые маленькие наручные часы здесь больше телеэкрана, который мне так и не удалось посмотреть во время полета, а нижнее белье стоит дороже билета на рейс.

И дело не только в материальных ценностях. В России люди вольны говорить совершенно обо всем, что приходит им на ум. Попробуй рассуждать как русский в Британии — и тебя закидают камнями за расизм и оклеймят изувером. Хотите предложить, чтобы совершеннолетие наступало в 12? Да ради бога. Тебя не назовут педофилом — а с интересом выслушают, почему ты так считаешь. Они 70 лет не могли ничего обсуждать. Теперь они хотят обсуждать все.

Конечно, нельзя писать уничижительные статьи о Владимире Путине — если только не желаешь щепотки радиации к яичнице на завтрак, но говорить можно что угодно. И кому угодно. Мне это показалось чрезвычайно свободонравным.

И еще кое-что. В Британии, если Сэр Филипп Грин и Лорд Сэр Шугар проведут вечер в ресторане Wolseley в центре Лондона, обжимаясь с дюжиной длинноногих проституток, все закончится скандалом. В России же подобное считается в порядке вещей.

Один друг прислал сообщение, когда я был там: «Будь на чеку. Москва вредна для души». Он ошибается. Душе она не навредит, чего не скажешь о браке, банковском счете и мужском хозяйстве.

В Москве кипит жизнь. Обязательно стоит отведать костный мозг в «Кафе Пушкин» и провести пару минут на обочине дороги, пытаясь разглядеть хоть одну машину дешевле £50,000 в пересчете на британскую валюту. Затем обратить внимание на тротуар и попытаться отыскать хоть одну девушку, которая была бы толстой или ниже 1,80 м ростом, или не носила бы прекрасного фасона джинсы. Понятия не имею, о чем грезит Хью Хэфнер в своих мокрых снах. Но готов поспорить, что ему снится нечто подобное.

Я побывал в Кремле и обнаружил, что его полностью отреставрировали и восстановили. Но не так, чтобы он напоминал о том, как мог выглядеть в прошлом, — а так, чтобы у иностранных дипломатов подкашивались ноги от его величия. Каждая комната — словно фантазия помешанной на золоте четырехлетней принцессы.

А затем — когда я только было решил, что Россия похожа на плод любви Монте Карло и Кувейта — кто-то наклонился ко мне и шепнул, что Лада Рива до сих пор не снята с производства. И вы уж простите, но это все равно как услышать, что король Саудовской Аравии сам занимается стиркой, используя тазик и стиральную доску.

Зачем Ладе до сих пор делать Риву? Зачем хоть кому-то из тех, с кем я повидался за время своего визита, может понадобиться такая паршивая машина? Или ее настолько усовершенствовали с тех пор, как она была основным блюдом в автомобильной диете последователей г-на Артура Скаргилла? Я должен был это выяснить. Что я и сделал. И ничего не поменялось. Более того, мне кажется, она стала хуже.

Рива начала свою жизнь в 1966-м в Турине, где была известна как Fiat 124. Fiat заключил сделку с коммунистами и помог построить в России завод, на котором старая разработка компании была запущена в производство. Она и стала Ладой Рива.

Поклонники будут утверждать, что за эти годы многое изменилось, но я могу заявить, что не поменялось вообще ничего. Ну разве что теперь Рива также производится в таких великих автомобильных державах, как Украина и Египет.

Не знаю, откуда родом машина, на которой я ездил. Или кто ее сделал. Могу лишь догадываться, что он был на что-то очень зол, потому что машина ужасна. Рулевая колонка была словно приварена к панели приборов, а потому отказывалась вращаться. Педаль тормоза заставляла машину одновременно слегка разгоняться и поворачивать влево.

Кнопки на панели, казалось, приделаны ведущей программы «Спокойной ночи, малыши!», а двигатель снят с бетономешалки, которая последние 30 лет перемалывала солдат-повстанцев в Южном Судане.

Она могла разогнаться до 100 км/ч. Но лишь в те времена, когда ее производил Fiat. Став Ладой, она вообще потеряла способность двигаться. И, бог ты мой, — какая же паршивая сборка!

Когда я, в конце концов, переехал ее на монстр-траке, она сложилась пополам. Для сравнения – когда этот самый монстр-трак недавно переехал индийский CityRover, машина была вполне еще ничего.

Так почему же Рива до сих пор не снята с производства? Почему люди в России до сих пор ее покупают? Может, причина в том, что за пределами отбеленной и позолоченной московской улыбки остальная страна — мягко говоря — слегка бедновата?

Другими словами, возможно президент БА знает то, чего я не понимал: у тех россиян, которые могут себе позволить летать, есть личные самолеты.

А те, которые не могут, — сидят в глуши, варят брюкву и не теряют надежды, что в один прекрасный день смогут позволить себе купить машину, которая устарела на 45 лет, даже не успев покинуть стены чертового автосалона.
Мужской манифест Джереми Кларксона
На протяжении всей истории человек был сначала ребенком, а потом взрослым. Он вырастал от «Жили у бабуси…» до Брамса в одно мгновение. Но затем — на заре шестидесятых — в словарях замелькало слово «подросток», и свет увидел совершенно новый вид. Вид, у которого были деньги, но которому не приходилось беспокоиться о кредитах, кормить детей или платить по счетам.

Создание слова «подросток» открыло, пожалуй, величайшую рыночную нишу со времен воскрешения Христа.

Ведь теперь — в промежутке между колыбельными и Брамсом — разверзлась зияющая семилетняя пустота, которую можно было заполнить всяким буги-вуги, а заодно бургером с Колой да парой Levi’s.

Проблема в том, что сегодня разведаны все возможные способы эксплуатации подростковой наивности. А потому какой-то хитрый щеголь в тонких дизайнерских очках и водолазке решил, что настало время создать новую разновидность клиента: новую породу, которую необходимо кормить совершенно новой линейкой товаров, о существовании которых ее представители раньше и не подозревали. Так он придумал концепцию под названием «мужчины».

До недавнего времени, быть мужчиной было очень просто. Кушать. Спать. Размножаться. Единственной настоящей загвоздкой была необходимость помнить, в какой из дней ты должен приготовить милый пирог с кремом, а в какой — прийти домой в шубе из медвежьей шкуры и заняться грубой работой по дому. И уж точно никогда не приходилось переживать о надписях на резинке трусов.

Но только не теперь. Мало того, от тебя ждут втирания грязи в волосы, полировки ногтей, покупки вещей, которые делают зубы блестящими и белыми, а также походов в спортзал для поддержания формы. И давно прошли те славные деньки, когда наручные часы покупались для того, чтобы знать время.

Откройте любой глянцевый журнал — и на вас уставятся мужики с каменными челюстями, рекламирующие часы по ходу какого-нибудь героического занятия на свежем воздухе. Надень Breitling — и ты больше не Гаррет Сырников из бухгалтерии. Ты — Клинт Кувалда, и по выходным ты рассекашь на своем Confederate Hellcat между пилонами в пустыне Невада. Надень IWC, и ты — глубоководный ныряльщик. Надень Omega, и ты — Джордж Клуни.

Приезжаешь на кинопремьеру в наши дни — и какая-нибудь тупая овца с микрофоном обязательно спрашивает: «Кого вы носите?». Никого я не ношу, дура. На мне вещи, которые лежали на полу возле кровати.

Однако теперь этого недостаточно. Мужчина обязан быть изысканным, обязан знать, сколько пуговиц должно быть на манжетах его пиджака — и упаси его Господь носить рубашку с нагрудным карманом.

Хуже того. Недавно, на рейсе Британских Авиалиний, я заглянул в журнал товаров duty free, со страниц которого редактор в своей колонке сообщил мне, что в связи с приходом весны я должен побаловать себя новым ароматом. И выбор был весьма широк.

Как выяснилось, на работе я должен носить «Acqua di Parma», который позволяет мне пахнуть «чистотой, свежестью и профессионализмом». Что?! Как можно пахнуть профессионализмом? Это понятие не из тех, что владеют каким-либо известным запахом. Это как пахнуть скромностью, безразличием или печалью.

Потом есть «Eternity for Men», который «идеален» для суровых мужиков, потому что пахнет морем. Каким морем? Средиземным? Каспийским? Или крохотным болотом неподалеку от моего загородного дома? Там моря тоже хватает- по крайней мере, морская болезнь накрывает за километр.

Возможно, нам больше подойдет «212 VIP Men» — с теплыми, сладкими и сексуальными нотками ванили, сандалового дерева и бобов тонка. Что еще за бобы тонка? Ну, я не поленился нарыть информацию — и все очень печально. Они запрещены Американской администрацией продуктов питания и лекарственных препаратов, они вызывают повреждения печени у грызунов, их используют в оккультных ритуалах, их составляющие препятствуют свертываемости крови, а еще их применяют для ароматизации табака.

Все еще хотите надушиться ими, чтобы произвести впечатление на девушек в клубе? Флаг вам в руки.

Только без меня. И вообще — избавьте меня от всей этой чепухи. Согласно журналу Британских Авиалиний, я должен наносить ароматы слоями — сначала гель для душа, потом дезодорант, лосьон после бритья, бальзам и туалетная вода. У меня нет на это времени. И мне не нужна памятка-инструкция о различиях между одеколоном и туалетной водой, потому что я не хочу пахнуть как немец или как болото. Я хочу пахнуть тем, что я съел или что я сделал. Я — мужчина, а духи — для женщин.

Шоппинг — тоже для женщин, и об этом, кажется, наш приятель в тонких очках запамятовал. Я, конечно, понимаю, что некоторым мужчинам нравится в свободное время разгуливать по городу, делая стрижки и покупая нелепые шмотки. Этих людей называют футболистами и ресторанными критиками. У них есть мошонки, но они — совсем не мужики.

Настоящий мужик надолго и всерьез задумается, если ему предложат выбрать между продажей собственных детей на органы и походом в кабинку для примерки штанов. Мерять штаны, вне всякого сомнения — это худшее, что может случиться в жизни мужчины. Это пытка водой, поход к зубному и рак в одном флаконе.

Взгляните на мужчину в супермаркете. Он похож на размытое от скоростной перемотки пятно активности: купить то, что нужно на данный момент, а потом смыться оттуда ко всем чертям. Затариться в супермаркете для мужика — это как снять пластырь: чем быстрее, тем лучше.

Скольких мужчин вы видели в торговом городке «Бичестер» в Оксфордшире? Ни одного. Это место — просто рай на земле для женщин, но для меня — это один из кругов ада: целая улица вещей, которые не подходят.

Поэтому рекламщики могут сколь угодно пытаться заставить мужчин тратить время и деньги на сандаловое дерево, муссы, ткани и сумки. По правде говоря, большего успеха они добьются, промывая мозги собакам. Мужикам в магазинах нужны только шумоподавляющие наушники. А они у нас уже есть. Так что отвалите.
Изображение

Аватара пользователя
pts7819
Сообщения: 106
Зарегистрирован: 31 янв 2012, 21:09
Благодарил (а): 127 раз
Поблагодарили: 88 раз

Re: Мужские правила

Сообщение pts7819 »

Delgado писал(а): Шуба дешевле машины. Да-да, это большой плюс женщинам!
это смотря какая шуба и машина
Жизнь-театр, а мы в ней все актеры

Аватара пользователя
Delgado

За заслуги перед форумом Первая годовщина Форума Человек Форума - 2012
Сообщения: 5755
Зарегистрирован: 08 сен 2011, 07:01
Награды: 3
Ваше звание: морда буржуйская
Цвет Вашего звания: red
Откуда: Samara
Благодарил (а): 631 раз
Поблагодарили: 2672 раза

Re: Мужские правила

Сообщение Delgado »

Как проводят время мужчина и женщина (кликабельно)
1.jpg
1.jpg (135.33 КБ) 681 просмотр
Изображение

Аватара пользователя
Delgado

За заслуги перед форумом Первая годовщина Форума Человек Форума - 2012
Сообщения: 5755
Зарегистрирован: 08 сен 2011, 07:01
Награды: 3
Ваше звание: морда буржуйская
Цвет Вашего звания: red
Откуда: Samara
Благодарил (а): 631 раз
Поблагодарили: 2672 раза

Re: Мужские правила

Сообщение Delgado »

Правила жизни Хавьера Бардема
7.jpg
7.jpg (52.05 КБ) 666 просмотров
Когда я вижу себя на обложке журнала, я понимаю, что мир сошел с ума.

Ни одна премия не способна сделать тебя по-настоящему хорошим актером. «Оскар» нужен лишь для того, чтобы заставить зрителя прийти в кино.

За последние несколько лет я стал неплохо говорить по-английски — достаточно неплохо для того, чтобы понять, что этот язык никогда не станет для меня родным. Когда я говорю «я люблю» или «я ненавижу» на испанском, так много всего приходит мне на ум, но когда я говорю то же самое по-английски, в моей голове пустота.

Я не вожу машину, и всем вокруг это кажется чем-то экстраординарным. Всем, но не мне.

Когда Коэны позвали меня в «Старикам тут не место», я им сказал: «Послушайте, я точно не тот актер, который вам нужен: я не вожу тачку, почти не говорю по-английски и ненавижу насилие в любом его проявлении». А они засмеялись и говорят: «Поэтому мы тебе и позвонили».


Я не верю в Бога, но я верю в Аль Пачино. Если когда-нибудь зазвонит телефон и на том конце меня спросят, не хотел бы я вместе с ним сыграть, я, кажется, просто сойду с ума.

Я понял, что мечты сбываются, когда режиссер Джулиан Шнабель показал Аль Пачино мой фильм «Пока не наступит ночь». Но ничего особенного не случилось. Просто около трех утра по испанскому времени Пачино позвонил мне из Нью-Йорка и сказал, что ему понравилась моя работа.

Над моей прической в «Старикам тут не место» смеялись все, а некоторые даже спрашивали, как я не устал носить этот парик. Но вообще-то это были мои собственные волосы.

Существует только два фильма, где я держу в руках оружие. В первом, «Пердита Дуранго», я снялся в 1996-м, и это было очень жестокое кино, после которого я зарекся делать что-то подобное. Поэтому, когда 11 лет спустя Коэны пригласили меня сыграть в «Старикам тут не место», я долго пытался сдержаться и не сказать «да», хотя Коэны всегда были моими любимыми режиссерами.

Я никогда не воспринимал Коэнов как двух человек. Когда они работают, они становятся одним целым — монстром с двумя головами. И эти головы рассыпаются в комплиментах друг другу и никогда не спорят. А когда они говорят с тобой, то говорят, как один человек.

Я заметил, что те люди, которых я считаю талантливыми — такие, как Милош Форман, Алехандро Аменабар, Коэны и Вуди Аллен, — работают по одному принципу: я не знаю, что я делаю, я не знаю, как я это делаю, я просто пытаюсь делать это — вот и все.

Главное в кино — это история. Так считают все. А мне кажется, что главное — как ты ее рассказываешь.

В моем детстве было слишком много разговоров о политике и насилии, а мой дядя провел долгие годы в тюрьме, потому что был яростным противником режима Франко. Но мне нравится жить с этим знанием.

В какие-то моменты ты должен наконец определиться со своим мнением. Нельзя всю жизнь прожить посередине.

Когда в возрасте шести лет я появился с крошечной ролью в «Мерзавце» Фернандо Фернана-Гомеса (знаменитый испанский режиссер), там была сцена, где один парень в шутку грозил мне пистолетом. По сценарию я должен был засмеяться, но я заплакал. И тогда режиссер сказал: «Это, конечно, не то, чего я хотел, но мне все равно нравится». В этот день я понял, что с этого момента всегда буду спорить с режиссерами.

Я начал играть в регби, когда мне было девять, и играл до двадцати трех. С тех пор многое изменилось. В мои времена в регби играли маленькие тонкие люди, которые практически ходили по полю с мячом. Сейчас они носятся, как газели, и все это больше напоминает состязание машин. Но регби стало интереснее.

Играть в регби в Испании — это как быть тореадором в Японии.

Иногда я спрашиваю себя, почему я выбрал эту абсурдную профессию и почему не отправился в Африку — спасать чьи-то жизни. Но ответ очень прост: я ипохондрик, а из ипохондриков выходят плохие спасители.

Как и многие застенчивые люди, которые никому не кажутся застенчивыми, я очень застенчив.

Я верю в то, что когда-то люди действительно были маленькими обезьянками. По крайней мере, каждое утро, когда я заглядываю в зеркало, я передаю Дарвину привет. В такие моменты его правота особенно очевидна.

Истинная красота таится в уродстве — вот что я говорю себе каждый день.

Я не сторонник роскоши. Черная икра для меня — это два жареных яйца, картошка и хамон. И все это — на большой тарелке.

Когда-то я был королем вечеринок, а теперь я старик. Пара коктейлей, и больше мне ничего не нужно.

В двадцать лет все мы жалеем о том, что делали в четырнадцать, в тридцать три жалеем о том, что делали в двадцать пять, а ближе к пятидесяти, кажется, начинаем жалеть обо всем подряд. Но вот что я понял: к черту все эти сожаления.

В каждом человеке идет постоянная борьба между тем, кто он есть, и тем, кем ему следовало бы стать. Правда, не все эту борьбу способны заметить.

Наша планета была бы лучшим из миров, если бы все люди были честны в том, что делают. Если я актер, я должен быть честным актером. Но если бы я был водопроводчиком, я, надеюсь, был бы честным водопроводчиком.

Я снимаюсь в кино только потому, что больше ничего не умею.

Кто-то сказал: разница между актером и сумасшедшим в том, что у актера билет в оба конца, а у сумасшедшего только в один. И я с этим согласен.

Самое сложное — это сыграть того, кто еще жив. Это та степень ответственности, которая может запросто свести с ума.

Актеры — как помидоры на рынке, потому что у каждого есть своя цена. И я такой же помидор. Но я тот помидор, которому наплевать, сколько он стоит.

Не хотел бы слишком часто показывать докторам свой пенис.

Я бы предпочел умереть в тишине. Все остальные обстоятельства смерти меня волнуют значительно меньше.

Лучше всего я помню тот день, когда умер мой отец.

Отец ушел из семьи, когда я был совсем маленьким, и меня воспитали мать и сестра. Так что, можно сказать, я получил женское образование.

Люди считают, что если на экране два актера любят друг друга, это означает, что и в жизни они друг друга любят. Никто даже не задумывается, что нам просто платят за это деньги, а на съемочной площадке кто-то обязательно твердит: «Играйте старательнее, ублюдки, я вам не верю».

Кино — это просто кино, до тех пор, пока ты не сделаешь такое кино, про которое все скажут: вот это да!

Быть знаменитым — это такая чушь. Слава богу, в шляпе и очках я по-прежнему могу бродить неузнанным где угодно.

Мне нравится, когда жизнь указывает на малозначительность того, что я делаю.

Я неплохо пою — наверное, потому, что у меня длинная шея.

Иногда я ловлю себя на том, что был бы не прочь иметь тело Брэда Питта.

Хочу, чтобы меня запомнили смеющимся.

Нет, я не Брэд Питт.
Хавьер Бардем, кадр из фильма «Старикам тут не место»
Хавьер Бардем, кадр из фильма «Старикам тут не место»
8.jpg (26.42 КБ) 666 просмотров
Изображение

Аватара пользователя
Delgado

За заслуги перед форумом Первая годовщина Форума Человек Форума - 2012
Сообщения: 5755
Зарегистрирован: 08 сен 2011, 07:01
Награды: 3
Ваше звание: морда буржуйская
Цвет Вашего звания: red
Откуда: Samara
Благодарил (а): 631 раз
Поблагодарили: 2672 раза

Re: Мужские правила

Сообщение Delgado »

Стив Бушеми. Правила жизни
Стив Бушеми, 54 года, актер, режиссер, Нью-Йорк
Стив Бушеми, 54 года, актер, режиссер, Нью-Йорк
2.jpg (166.32 КБ) 653 просмотра
Давайте для начала разберемся с моей фамилией. Вообще-то сам я говорю Бусеми. Но правильное итальянское произношение — Бушеми. Правда, чтобы понять это, мне пришлось слетать на Сицилию.

Из всех статей о себе, что я когда-либо читал, мне больше всего нравится та, где меня называют кинематографическим эквивалентом спама. Не знаю, что они имели в виду, но звучит ништяк.

Больше всего, как мне кажется, я похож на дерево.

Мне нравятся люди, раздираемые изнутри. Но не страстями — борьбой. Мне нравятся те люди, которым неуютно в обществе. Которые чувствуют свою чужеродность. Вот каких людей я хочу видеть в подсовываемых мне сценариях. Потому что я сам такой.

Каждый раз, когда мне предлагают новый сценарий, я сразу заглядываю в конец, чтобы понять — будут ли моего героя унижать или просто по-быстрому прикончат.

Больше всего мне нравится, как меня убивают в «Большом Лебовски», — очень неожиданно.

О девушках. Мне нравится любой фильм, в котором нужно разговаривать с девушками. Лю­бой! Напишите мне сцену с девушкой — и я ваш.

Даже после того как я уже сыграл пару ролей в кино, моей основной работой оставалась пожарная часть. Я работал в пожарной бригаде, и это означало, что по прибытии на место именно мне приходилось разматывать шланг.

«Под сенью крон» (режиссерский дебют Бушеми) — это фильм про мою жизнь. Моей матери, к примеру, он просто понравился. А отец сказал, что это шедевр.

Если ты снял хотя бы один фильм — этого уже достаточно, чтобы, умирая, улыбаться. Но, я, умирая, хочу смеяться во весь голос.

Я теряюсь, когда захожу в монтажную и слышу, как художник и монтажер говорят об оттенках зеленого в новом фильме.

Я могу лишь повторить слова Хичкока: чтобы снять хороший фильм, тебе нужны три вещи: сценарий, сценарий и сценарий.

Я всегда хотел, чтобы меня усыновил Роберт Олтмен. Помню, когда я снимался у него в «Канзас-Сити», он сказал: «Знаешь, а ведь мне плевать, если фильм не заработает в прокате и десяти центов, ведь успех — это то, что ты сам понимаешь под этим словом».

Хороший зритель — это всегда хороший зритель. Даже если у тебя их всего шестеро.

Мне всегда нравилось, что я родился в пятницу тринадцатого.

Как-то раз я встретил Микки Рурка. Мы пожали друг другу руки, и тут вдруг он говорит: «Знаешь что? Никогда не одевайся как пидор, если едешь в лос-анджелесский аэропорт». Я говорю: «Хорошо, Микки, я тебя понял». А он говорит: «Да не, чувак, это я себе».

Не люблю, когда актеры говорят, что их работа — это не просто умение выучить и разыграть роль. И что тогда, черт возьми, это такое?

В деньгах мне не нравится только одно — то, как они меняют людей. Более эффективно, чем рак, как мне кажется.

Всегда хотел узнать, что видят во снах слепые.
Изображение

Аватара пользователя
Delgado

За заслуги перед форумом Первая годовщина Форума Человек Форума - 2012
Сообщения: 5755
Зарегистрирован: 08 сен 2011, 07:01
Награды: 3
Ваше звание: морда буржуйская
Цвет Вашего звания: red
Откуда: Samara
Благодарил (а): 631 раз
Поблагодарили: 2672 раза

Re: Мужские правила

Сообщение Delgado »

Правила жизни Эльдара Рязанова
Мне нравится все потертое и рваное.

У меня такая хорошая память, что я помню даже свой довоенный телефон: Г-69132. Я помню, что банка крабов в войну стоила 77 копеек. Приходишь в любой магазин — а там одни крабы; их не покупал никто. Что это и где это водится — никто ни фига не знал.

Я много с кем делал интервью — с Бельмондо, Клодом Лелюшем, Филиппом Нуаре, Альберто Сорди, но лишь когда я шел к Феллини, я шел и думал: «Иду к королю». Похожее чувство я испытал в 1968-м или в 1969-м, когда вез с «Мосфильма» Солженицына до его дома. Чувствовал, что у меня в машине что-то бесценное.

Только дураки думают над тем, как себя преподносить. Это, пожалуй, главное, чему я научился у Эйзенштейна.

Сегодняшнюю политическую ситуацию я сквозь себя абсолютно никак не пропускаю. Я не знаю, в какой стране живу, не знаю, какой у нас строй. Я не понимаю, условно говоря, за что сидит Ходорковский, а другой олигарх почему не сидит. Я понимаю одно: кроме русского языка, нас ничего больше не объединяет. Я сегодня живу не в стране, а на своей территории.

Вы не смотрели моего «Андерсена»? Боитесь, что я сделал говно? А я последние два года жил ради этого фильма. Андерсен — кипяток со льдом и перец с вареньем. Все тут замешано. У него мать — алкоголичка, сестра — проститутка, дед — сумасшедший, а он — гений. Да, он отрекся от сестры и не приехал на похороны матери, но он не преступник. Пусть каждый в своей биографии поищет, не предавал ли он свою мать, не отрекался ли он от своих родственников, нет ли у него каких-то тараканов в голове.

Где есть юмор — там есть и правда.

«Изображая жертву» — антипоколенческая вещь. Матерный монолог следователя о молодых людях, которым все по фигу, — это сильно. Я не люблю картины с матом, но я бы на его месте говорил так же. Ненавижу это невежественное племя мальчиков и девочек.

Русские, если почитать фольклор, всегда хотели получить все сразу и много, и при этом не работать. Русские сказки — это и есть, к сожалению, национальная идея. Менталитет, который, мягко сказать, симпатии не вызывает. Лучшие люди в России всегда существуют вопреки ему.

Самое трудное, но и самое интересное и благодарное — делать комедии о хороших и добрых людях. Мольер не написал ни одной комедии, где действовали бы герои, которым мы хотим сочувствовать. Чтобы работать в этом русле, надо иметь такое чутье и так любить людей, как мало кто умеет. В нашем кино в этом жанре кроме нас с Эмилем Брагинским никто не работал. Чаплин делал такое, но только лучше, чем мы.

Что меня трогало в пятидесятые, шестидесятые, семидесятые и восьмидесятые — это же трогало и огромное количество людей, большинство. Сегодня таких, как я, все меньше и меньше. Феллини в восьмидесятых говорил: «Мой зритель уже умер». Это ужасная правда.
Изображение

Аватара пользователя
Delgado

За заслуги перед форумом Первая годовщина Форума Человек Форума - 2012
Сообщения: 5755
Зарегистрирован: 08 сен 2011, 07:01
Награды: 3
Ваше звание: морда буржуйская
Цвет Вашего звания: red
Откуда: Samara
Благодарил (а): 631 раз
Поблагодарили: 2672 раза

Re: Мужские правила

Сообщение Delgado »

10 цитат Уинстона Черчилля

1. Умный человек не делает сам все ошибки — он дает шанс и другим.

2. Я всегда готов учиться, но мне не всегда нравится, когда меня учат.

3. Успех — это умение двигаться от неудачи к неудаче, не теряя энтузиазма.

4. Поддеть красивую женщину — дело не из простых, ведь она от ваших слов не подурнеет.

5. Я всегда следовал правилу: не беги, если можешь стоять; не стой, если можешь сидеть; не сиди, если можешь лежать.

6. Больше всего русские восхищаются силой, и нет ничего, к чему бы они питали меньше уважения, чем к военной слабости.

7. Никогда не сдавайтесь — никогда, никогда, никогда, никогда, ни в большом, ни в малом, ни в крупном, ни в мелком, никогда не сдавайтесь, если это не противоречит чести и здравому смыслу. Никогда не поддавайтесь силе, никогда не поддавайтесь очевидно превосходящей мощи вашего противника.

8. В молодости я взял себе за правило не пить ни капли спиртного до обеда. Теперь, когда я уже немолод, я держусь правила не пить ни капли спиртного до завтрака.

9. Если вы хотите достичь цели, не старайтесь быть деликатным или умным. Пользуйтесь грубыми приемами. Бейте по цели сразу. Вернитесь и ударьте снова. Затем ударьте еще, сильнейшим ударом сплеча.

10. Я люблю свиней. Собаки смотрят на нас снизу вверх. Кошки смотрят на нас сверху вниз. Свиньи смотрят на нас как на равных.
Изображение

Ответить

Вернуться в «Мальчишник»